Дыхание клетки.

Как и почему организм сам себя убивает!


В 2015 году, несколько дней очередного заслуженного отпуска я проводил в горной деревне Дарчен, на юге Тибетского нагорья, округ Нгари, уезд Буранг Китайской Народной Республики.
По приглашению моего знакомого, офицера запаса армии НОАК (народная освободительная армия Китая).

Мы с ним уже несколько лет были на пенсии, раньше долго служили друг против друга в Приморском крае, он пригласил меня к своим родителям в эту уникальную деревню.

Как тибетец попал в армию Китая, для меня загадка до сих пор, но это факт, он там служил и был офицером артиллеристом.

Вторая загадка, которую я не могу разгадать до сих пор, это его прадедушка, которому перевалило в 2015 году за 115 лет, с датой рождения 1900 год. На июнь 2022 года, он жив здоров и прекрасно себя чувствует.

А третья загадка, заключается в том, что вся династия по линии отца моего товарища, так же живет в этой горной деревушке и здравствует, а именно: прадед-1900 г/р, дед-1925 г/р, отец-1948 г/р, ну и мой товарищ 1983 г/р. + его сын 2010 года рождения.

Китайский язык я так и не выучил, знаю несколько фраз и предложений, не более.
Мой товарищ, русский знает неплохо, учился в СССР по программе Горбачева.

Как-то в разговоре, его прадед попросил меня ему помочь в поисках одной странной вещи, которая ему очень зачем-то нужна, и ищет он ее не один десяток лет.
А в замены говорит, я тебе дам 5 правил жизни, которые помогут тебе ходить в горы с твоими правнуками и их детьми.

Рассказывать о просьбе дедушки я не буду, потому как там такая конспирология, которой позавидует сам Дэвид Айк, но вот правилами долголетия я с вами поделюсь.
Вот эти правила с учетом очистки и перевода.
1.Клеточное дыхание
2.Питание
3.Солнце
4.Психика
5.Лимфоток
За прошедшие семь лет, я часто возвращался к разгадке этих «правил жизни», некоторые из низ расшифровал практически до конца, одно расшифровываю и изучаю до сих пор, благо есть еще доступ к исследованиям разных международных интернет-ресурсов.
Которые чудесным способом подтверждают это с большой точностью.

Удивительная история, которую рассказал мне мой знакомый несколько лет назад, так бы и пылилась на полках моих книг, если бы не одно, но…
Занимаясь технологиями лечебных нанопокрытий, я обнаружил удивительное сходство с словами тибетского старца и нашими научными разработками.

Предлагаю разобрать предложенный им «эликсир молодости» который состоит из 5 пунктов с применением уже имеющихся наработок в медицине и у нас, в частности.
Сделаем своего рода сравнительный комбинированный анализ. Итого что мы имеем.
Старец пояснил, что секрет долгожительства скрывается за вышеперечисленными пятью пунктами, а именно:
1.Клеточное дыхание
2.Питание
3.Солнце
4.Психика
5.Лимфоток
Давайте рассуждать и разберем каждый пункт в отдельности.

«Клеточное дыхание»


Клетка – это основная структурная и функциональная единица всех живых организмов, живая элементарная единица, способная к самовоспроизведению. Живые организмы могут состоять из одной клетки (бактерии, одноклеточные водоросли и одноклеточные животные) или многих клеток.
Тело взрослого человека образуют около ста триллионов клеток. Форма клеток различна и обусловлена их функцией – от круглой (эритроциты) до древообразной (нервные клетки). Размеры клеток также различны – от 0,1-0,25 мкм (у некоторых бактерий) до 155 мм (яйцо страуса в скорлупе).

Клетка – это элементарная единица живого, вне клетки нет жизни, так как в клетке сохраняется и реализуется биологическая информация (даже у вирусов).
Тело человека образовано клетками различных типов, характерным образом организующихся в ткани, которые формируют органы, заполняют пространство между ними или покрывают снаружи.

Клетки окружены межклеточным веществом, обеспечивающим их механическую поддержку и осуществляющим транспорт химических веществ.
Интересно то, что при нашем рождении в мозгу уже существует около 14 миллиардов клеток. И это количество не увеличивается до самой смерти, а, наоборот, постепенно уменьшается, т. е. поврежденные ткани мозга неспособны восстанавливаться путем регенерации.
После того как человеку исполняется 25 лет, ежедневно происходит сокращение количества клеток мозга на 100 тысяч.

Ясность в эти вопросы помогли внести работы Питера Рэтклифа, Уильяма Келина-младшего и Грегга Семенцы, которые в 2019 году удостоились Нобелевской премии по физиологии и медицине за исследования этого механизма.

Мы знаем, что кислород — важный химический элемент для всего живого. В атмосфере содержится до 21% кислорода, и жизнь и для нас, и для животных, которые населяют нашу планету, без него фактически не представляется возможной.

Почему мы не можем жить без кислорода?


Дело в том, что под воздействием этого важнейшего газа происходит конвертирование энергии. Насколько бы полезной и вкусной ни была наша еда, мы не можем использовать ее, не преобразовав в те формы, благодаря которым мы «расплатимся» за энергетические процессы внутри нас.
Грубо говоря, наши клетки не умеют воспринимать еду, которую мы видим у себя на столе. Они могут получать энергию в форме молекулы АТФ (аденозинтрифосфат).

Это, своего рода, энергетическая валюта нашего организма — все в итоге сводится к ней. Наш организм получает энергию в виде этой молекулы. И чтобы осуществить какие-то процессы, тоже затрачивается АТФ.

Под действием кислорода происходит выработка большого количества АТФ. Без кислорода это тоже возможно, но этот процесс идет гораздо менее эффективно и этого не хватит, чтобы обеспечить нашу жизнедеятельность. Да, конечно, есть много живых организмов, которым кислород не нужен — они нашли для себя другой окислитель, который можно использовать, и прекрасно себя чувствуют. Мы так не умеем, и я думаю, вряд ли когда-либо сумеем.

СТОП! Это что получается?! Что кислород — это инструмент для преобразования (окисления) пищи и трансформации ее доступную для клеток «форму питания» АТФ?
То есть если я Вас правильно понимаю товарищи ученые, если уровень кислорода при нормальном атмосферном давлении 760 мм рт.ст низкий, то процесс окисления пиши замедляется и продолжительность жизни стремится к минимуму?

Что скрывают ученые?


Вот что я нашел в научном сообществе журнала FWIW SE, США…

Нормальный уровень кислорода в атмосфере составляет около 21%. Недавно в ходе обсуждения dr&Tomi Elis прокомментировал, что в загрязненных городах, таких как Дели, в загрязнённой атмосфере содержится всего 11% кислорода.

Может ли это быть правдой? Даже если транспортные средства и заводы выбрасывают в атмосферу много загрязняющих газов, таких как монооксид углерода, могут ли они заменить столько кислорода?
Цитата: «когда Барак Обама посетил Дели, уровень кислорода в городе составлял 11%».
Нет, это невозможно. Воздействие на здоровье такого низкого уровня кислорода вызвало бы массовое истощение, головные боли, такие симптомы, как посинение губ, и, вероятно, обморок среди более слабых граждан.
Я написал письмо доктору Том Элис, с просьбой прокомментировать его высказывание о падении уровня кислорода в Индии, вот какой ответ я получил.

ВОПРОС: FWIW SE Вы пишите, что уровни O2 падает в ИНДИИ (Дели) до 11%, это так? Но ведь человек не может жить при данных показателях кислорода?
Как долго человек должен подвергаться воздействию такого низкого содержания кислорода, чтобы эти эффекты стали заметными?

ОТВЕТ: действительно, может пройти меньше суток, чтобы в этом случае они были заметны, но это важная / релевантная информация, которая должна быть включена в ваш ответ).
Этот мудак просто скрывает или не хочет отвечать на заданный вопрос. Но в тех вопросах которых он уже проболтался, можно сделать вывод, что в больших крупных «каменных джунглях», уровень кислорода в пиковые часы достигает минимально опасного уровня.
А отсюда и вся цепочка событий:

Нет кислорода нет АТФ, без которого невозможно существование клеток, поэтому давно было понятно, что каким-то образом они должны реагировать на недостаток кислорода.

Но до работ Питера Рэтклифа, Уильяма Келина и Грегга Семенцы было неясно, как именно наши клетки понимают, что в какой-то момент кислорода в среде становится недостаточно.
Примечательно, что эти ученые представляют довольно разные области. Но, работая в своих направлениях, они параллельно пришли к одному и тому же и смогли изучить эти механизмы.
Как известно, в эритроцитах находится гемоглобин, и именно он связывает кислород и доставляет его к тканям. Но здесь необходимо упомянуть о таком гормоне, как эритропоэтин.
Он выбрасывается в кровь почками (некоторым образом, его могут синтезировать также клетки печени) и служит сигналом для организма, чтобы вырабатывалось большее количество эритроцитов. Это, в свою очередь, приводит к тому, что ткани и клетки больше снабжаются кислородом.

Исследователи, которым была присуждена Нобелевская премия по физиологии и медицине в 2019 году, как раз изучали, как происходит образование этого гормона в организме, а именно — в каких случаях запускается его синтез.

Грегг Семенца обнаружил регуляторный элемент — энхансер (небольшой участок ДНК, который после связывания с ним факторов транскрипции стимулирует транскрипцию с основных промоторов гена или группы генов — прим.ред.), который усиливает производство эритропоэтина.
Параллельно такую работу проводил и Питер Рэтклиф.
После было обнаружено, что именно с этим регуляторным элементом связывается какой-то белковый фактор, Грег Семенца назвал его HIF-фактор (Hypoxia-inducible factor).
Далее выяснилось, что этот белок на самом деле не один. HIF состоит из двух частей: HIF-alpha, содержание которого зависит от концентрации кислорода, и HIF-beta, содержание которого не зависит от концентрации кислорода.

Таким образом, ученые обнаружили, что есть последовательность, с которой связывается регуляторный фактор и которая запускает гены в ответ на недостаток кислорода.
В дальнейшем они показали, что это касается не только эритропоэтина, этот процесс запускается повсеместно, поскольку всем клеткам жизненно важно отвечать на недостаток кислорода.

«Метки смерти» и HIF или как наш организм запускает или не запускает программу по выживанию


В наших клетках есть специальная молекулярная машина — протеасома. Фактически она работает как «миксер для белков»: обнаруживается белок, который по каким-то причинам уже не нужен, он получает «метки смерти» (не каждый белок отправляется в «миксер»), после в протеасоме его размолачивает на последовательности, и далее из этих аминокислот можно построить уже что-то другое. Уильям Келин обнаружил, что, когда кислорода достаточно, с HIF-alpha так и происходит.

Стоит отметить, что до исследования, связанного с HIF, Уильям Келин работал с другим объектом: он занимался исследованием довольно редкого синдрома под названием болезнь Гиппеля–Линдау.
Ученый обнаружил, что при нарушении работы гена VHL (Von Hippel–Lindau) запускалось образование различных опухолей, как правило, это были опухоли спинного, головного мозга. Таким образом стало понятно, что этот ген очень важен для того, чтобы опухоли не развивались.

Также в процессе исследования обнаружилось, что в организме людей, у которых была нарушена работа белка, кодируемого этим геном, также было много различных продуктов, которые запускают фактор HIF.
То есть он есть у них в больших количествах, и при этом никуда не убирается организмом, даже несмотря на нормальное количество кислорода в среде. Это натолкнуло на мысль, что VHL и HIF связаны. Эту загадку ученые разгадывали уже совместно, и вот к чему они пришли.

Если в среде недостаточно кислорода, то HIF-фактор уходит в ядро и связывается с той самой регуляторной последовательностью, которую обнаружил Грегг Семенца. Таким образом, запускается работа генов, которые нужны при ответе на гипоксию – низкое содержание кислорода в среде.

В случае же нормального содержания кислорода HIF-alpha разрушается. Как это происходит?
Этот фактор имеет две аминокислоты, которые в присутствии кислорода и фермента пролилгидроксилазы преобразуются. В этом процессе задействованы очень сложные химические реакции, которые были расшифрованы этими тремя учеными.
После этого, если у HIF-alpha появляются две этих гидроксильные группы, он может взаимодействовать с белком VHL. VHL-белок, в свою очередь, позволяет «меткам смерти» прикрепиться к фактору HIF1-alpha, и это, в свою очередь, отправляет его на разрушение в протеасому.

Так что при нормальном содержании кислорода этот фактор не работает. И действительно, зачем? Ведь в этом случае не нужно отвечать на гипоксию и экстренно запускать программу по «выживанию».
Что еще показали ученые. Какие еще гены, помимо эритропоэтина, регулируются этим фактором?

Это гены, которые запускаются при ангиогенезе, то есть при образовании и росте сосудов. Кроме того, это характерно для всех ферментов, которые участвуют в метаболизме. И наконец, это те гены, которые тем или иным образом способствуют выживанию или, наоборот, смерти клетки.

Вспомним цитату: «21 век характеризуется эпидемией сердечно-сосудистых патологий. Несмотря на развитие медицины, смертность от них все еще очень высока. Дело не только во внедрении актуальных технологий лечения, но и в повышении степени сознательности людей».

При активации генов, которые находятся под контролем фактора HIF-alpha, происходит усиление процессов гликолиза: глюкоза расщепляется, что в итоге дает нам энергию, или, иными словами, ту самую АТФ, которая нужна клетке.

В нормальных условиях клетка может получить 36 молекул, а без кислорода — всего лишь две. То есть в таких условиях гены под контролем HIF-фактора пытаются сделать хоть что-то.

HIF-фактор может служить защитой от гибели клетки, если организм находится в условиях гипоксии короткое время. Но, если процесс хронический, они, напротив, запускают гибель клетки.

Какой я сделал вывод? Природа сделала все, чтобы спасти наш организм в сложных ситуациях недостатка кислорода, но, когда эта сложная ситуация становится нормой, когда наш организм находится постоянно в стрессовой ситуации недостатка окислителя О2 по причине его низкого уровня в воздухе, наш организм запускает процесс самоликвидации, он не может допустить «мучений и страданий наших клеток»-природа либеральна.
Что делать? Искать окислитель! Хотя решение есть, мы его уже нашли, просто не знали, что он будет так жизненно необходим в наше технологичное время.

Продолжение по другим пунктам в разработке и исследовании…

Made on
Tilda